В 1917 году Канада была молодой нацией, насчитывающей менее 8 миллионов людей.
Первая Мировая Война бушевала 3 года, и канадские войска были втянуты в сражения.
Так как война требовала огромного количества людей, началась вербовка людей в канадских городах.
Более 600.000 канадцев оказались в аду.
Каждый десятый не вернулся домой...
"ПАШЕНДАЛЬ"
Все в порядке?
Да.
Боже, боже, боже, боже!!!
Эй, не поднимай голову! Посмотри на меня, посмотри на меня!
С тобой все будет хорошо.
Откуда он?
Тринадцатое отделение.
Так они должны быть в 60 милях отсюда?
Какого черта он тогда здесь делает?
Наверное, потерял голову.
"Потерял голову"!
Они в церкви?
Да, похоже что да.
Кто додумался поставить пулемет в церковь?
В бою за Ипр они поставили пулемет в бар!
Что ты на это скажешь?
Ладно, слушайте.
Хайвей, вы со Скиннером пойдете по этой стороне.
Питерс, ты идешь со мной.
Мы прикрываем, мы идем впереди.
Все готовы?
Прекрасно.
Вперед.
Скиннер!
Вытащи его оттуда!
Черт возьми!
Оставайся здесь, не высовывайся.
Все будет хорошо, Хайвей.
С тобой все будет хорошо. Скиннер! Дай мне свои бинты!
Не высосывайся! Не поднимай голову!
Мы еще далеко от предгорья, Майкл.
Ради всего святого, Скиннер!
С тобой все будет хорошо.
Мы вытащим тебя отсюда.
Не стрелять! (нем.)
Оставь свою винтовку.
Вставай позади меня.
Я иду домой!
Какого черта ты делаешь?
Ни с места! (нем.)
- Я иду домой! - Подними руки вверх!
Нет-нет-нет, подождите!
Он ничего не делает!
Он просто убирает свое оружие!
Последнее предупреждение! Руки вверх! (нем.)
Нет-нет, стойте, стойте!
Товарищ! (нем.)
Я иду домой!
Огонь! (нем.)
Товарищ? (нем.)
Теперь все хорошо.
Сейчас все хорошо, сержант.
Вы вернулись домой.
Вы в безопасности.
Знаете, у них там есть птицы-охотники.
Они зовут их пустельгами.
Каждый раз когда я смотрю на вас, одна из них словно бьется во мне,
прямо здесь.
Вы пациент, сержант, это нормальные ощущения.
Нет, не для меня.
Я даже не знаю вашего имени.
Я не вправе вам его сказать.
Я знаю.
Вам лучше снова заснуть.
Я не сплю.
А откуда тогда у вас эти кошмары?
Я не знаю.
Спокойной ночи, сержант.
Спокойной ночи, пустельга.
Хорошо, Кармайкл.
Привяжи хорошенько.
Не хочу, чтобы он валялся на улице после первого ливня.
Что?
Хочу воспользоваться возможностью подчеркнуть неуловимую связь между желанием и общественным строем.
Да ты сошел с ума!
Я от тебя схожу с ума!
Я люблю тебя!
Дэвид?
Дэвид!
Это МакКиннон!
О нет! Нет, Дэвид!
Все хорошо!
Дэвид?
Дэвид!
Просто дыши.
Ты уже пришел?
С тобой все хорошо.
Дэвид!
С тобой все в порядке?
Пойдем.
"Атака канадцев разбивает немчишек"
Добрый день, мистер Харпер!
Привет!
Мы здесь!
Дэвид.
Мистер МакКинон.
Ты не явился на работу сегодня утром.
Третий раз за месяц.
Сара сказала, что у тебя был приступ.
Из-за твоей астмы.
Это правда, сэр, у меня был приступ.
Но сейчас с тобой все в порядке?
Я спустился к реке.
Иногда высокая влажность помогает.
Влажность?
Неплохо!
Хорошо.
Я не знаю как лучше сказать, но...
Эта работа... Я знаю - это всего лишь местная газета,
и я знаю, что она не изменит итогов войны.
Но это хорошая работа, и твой отец...
Что ж...
Вы оба понимаете, что я делаю это ради вашего отца, не так ли?
Что ж...
Я, пожалуй, пойду.
Я надеюсь увидеть тебя утром.
Я не могу постоянно лгать за тебя.
А я и не прошу тебя.
Ты был с Кэсси?
А что если и был?
Нехорошо доставлять проблемы нашим друзьям, Дэвид.
Что ты можешь знать о друзьях?
У тебя есть только я, но и меня ты никогда не любила.
Почему ты так говоришь?
Если и есть кто-то, кто тебя не любит, так это ты, а не я.
Это должно сойти за проницательность?
Между прочим, ее отец тоже меня ненавидит.
Все еще никаких новостей?
Все еще числится пропавшим без вести.
Могу вам только сказать, это нелегко.
Но я мэр, я не могу себе позволить упасть духом,
и... у нашего сына хорошая голова на плечах, так что мы продолжаем надеяться.
Ты с ума сошел?
Я пришел поговорить с твоим отцом.
О, привет.
Это твой друг?
Дэвид, не так ли?
Да, сэр.
Могу ли я поговорить с вами?
О, конечно, заходи.
Нет, сэр, я...
Я не хочу вам мешать.
Не говори глупостей, заходи!
Приветсвую всех.
Позвольте мне представить вам Дэвида...
О боже, я забыл твою фамилию!
Манн, сэр.
Дэвид Манн.
Большая честь встретиться с вами.
Похоже, что молодой Дэвид страстно увлечен моей дочерью.
Папа, прошу тебя!
Страстно увлечен, говорите?
Я полагаю, вы все еще студент?
Неплохое замечание.
Дэвид причисляет себя к рабочему классу.
Я работаю в газете.
Но не как журналист.
Он управляет печатным станком.
Он настройщик печатного станка.
Но вам уже должно быть 18 лет, а вы не в военной форме. Почему?
Медицинские противопоказания, сэр.
Он делает все, что может.
Да, но ему придется делать нечто большее, чем сейчас, если он хочет хочет заработать уважение вашего отца.
Это я и намерен сделать, сэр.
И... я готов выслушать ваши советы.
Ради всего святого, сынок, идет война.
Используй свое воображение.
Простите, я...
Я не знаю, как много я должен рассказать.
Здесь нет формальностей, сержант, мы просто разговариваем.
Вы...
...хотели рассказать мне о ваших кошмарах?
В них вы видите образ канадского солдата на кресте.
Почему именно этот образ?
Я не сплю по ночам, так что я не знаю... Я не знаю как на это ответить.
В 1915 вы отступали от Ипра.
Немецкие солдаты прибили канадского военного к амбарной двери.
Вы были там, не так ли?
Да, сэр, я принимал участие в том отступлении, но...
Если у них было время, чтобы остановиться и прибить парня к двери...
Они даже лучше, чем я о них думал.
Вы утверждаете, что этого не было?
Я лишь говорю, что артиллерия подбрасывала солдат в такие позы, которые вы даже представить себе не можете.
А человек в траншее...
...увидит только то, что ему нужно увидеть.
Майкл, вы были награждены медалью?
Да!
Да.
И я получил эту медаль за то, что проткнул семнадцатидюймовым куском стали лоб мальчика!
И так как вы повредили ногу и не могли нормально ходить, произошла самовольная отлучка?
Я ушел в самовольную отлучку, потому что я получил медаль за то, что проткнул семнадцатидюймовым куском стали лоб мальчика!
Он ведет себя недисплинированно.
Попытайтесь понять сложившуюся ситуацию, сержант.
Мы пытаемся определить ваше положение на этом слушаньи.
Ваши физические раны, по большей части, излечены, и доктор Уолкер
хотел признать вас здоровым,
в таком случае вас вернут на поле боя,
вы будете осуждены за дезертирство,
и, скорее всего, расстреляны.
Я все равно собирался вернуться так или иначе.
Майкл.
Я пытаюсь спасти вашу жизнь.
Я понимаю.
И я признателен вам за это, но... это...
Продолжайте.
Дом...
в котором мы выросли...
стоял под холмом, и каждый раз, как один из моих братьев...
Умирал?
Да.
Почтальон приносил извещение, спускаясь вниз по холму,
моя мать никогда не получала никаких других новостей.
В конце концов, три моих младших брата,
- один, два, три - и я,
"Находящийся в самовольной отлучке"...
В извещении не говорилось -
"Находится в самовольной отлучке",
там говорилось -
"Пропал без вести", что для нее значило,
что я умер.
Она увидела, как почтальон спускается к ней в четвертый раз...
и это разбило ей сердце.
Она...
Она умерла от разбитого сердца.
Сестра Манн, проводите, пожалуйста, сержанта обратно в палату.
Майор Найджел Бернард,
канадская армия, начальник психиатрической службы,
пациент T331,
сержант Майкл Данн.
Физически пациент восстановился,
диагноз, однако, остается -
неврастения.
Доктор Уолкер отметил улучшение.
Учитывая послужной список,
рекомендую перераспределить солдата в тыл,
возможно, на вербовку солдат в поддержку наших продолжительных усилий.
Я пришла пожелать вам удачи.
Я не думаю, что снова вас увижу, правда?
Я не хочу уходить.
Это...
Это неточно.
Я не хочу уходить от вас.
Я не такая, как вы думаете.
Вы не знаете, что я о вас думаю.
Вы разговариваете во сне.
Я не сплю, как я могу разговаривать?
Вы даже не знаете, как меня зовут.
Нет, не знаю.
Нет,
и это чертовски плохо.
Прощайте, сестра Манн.
Прощайте.
Сара.
Что?
Ее имя.
Сара.
Спасибо.
Строгость, сержант,
строгость - это наше все.
Я не выказываю неуважения своему предшественнику,
но паруса на этом корабле ослабли.
Наша родина наполнена вредителями и провокаторами -
странно, но эти слова звучат так по-французски.
Мы временные союзники, что ж поделать.
Но как бы то ни было, наша первостепенная задача - это вербовка.
Минимальный возраст - 18,
пехотные, вспомогательные и медицинские корпуса.
Минимальный рост- 5 футов 3 дюйма, грудная клетка - 33,5 дюйма.
Пулеметчики... Кармайкл, убери это!
Есть, сэр!
Капитальный актив, Кармайкл.
Пулеметчики - минимальный рост 5 футов 7 дюймов, грудная клетка - 34,5 дюйма.
Плюс-минус несколько дюймов, понимаете?
Предпочтение отдается холостым мужчинам.
Слепых и глухих следует избегать.
А асматиков ни в коем случае не трогать, учитывая проблемы, связанные с газом.
И что касается этого, то могу сказать,
по секрету -
я видел, как совершались безнравственные поступки.
Кронштадт.
Человеческая безнравственность.
Но газ!
Даже свинья не додумалась бы до такой низости.
Мы используем газ, сэр.
Конечно, используем.
Мы с вами из одного теста.
Сражение - замечательный опыт.
То, с чем Кармайкл никогда не столкнется -
слепой как крот, косолапый как медведь.
Я прав, Кармайкл?
Более чем правы, сэр.
Вы видели бои в Южной Африке, сэр?
Я изучил ваше дело, сержант.
Но вы можете быть спокойны -
я буду за вами приглядывать.
Дамы и господа,
я представляю вам выдающегося солдата, обладателя медали за сражения,
почетного члена десятого батальона Калгари,
второй бригады, первой канадской дивизии.
Прошу подняться в честь сержанта Майкла Данна!
Я думала, он будет больше.
В каком смысле?
В смысле, что он будет больше...
Прошу, прошу вас, вы смущаете доброго сержанта.
Все присутствующие женщины могут сесть на свои места, пожалуйста.
Спасибо.
И все мужчины, слишком старые для военной службы, тоже могут сесть.
И все мальчики, не достигшие призывного возраста, также могут сесть на свои места.
А сейчас я прошу вас посмотреть на мужчин, которые стоят среди вас,
и объяснить сержанту Данну,
почему они не выполняют своего долга своему королю,
своей стране
и своему Богу.
Товарищ?
С широко открытыми глазами.
Следующий.
Имя?
Дэвид Манн.
Каково ваше семейное положение?
Холост.
Вам уже исполнилось 18?
Слушайте, я уже заполнял форму.
Я вижу, и, согласно этой форме, вам было отказано из-за вашей астмы.
У вас есть медицинское опровержение наличия астмы?
Меня бы тогда здесь не было, не так ли?
Это же не Германия, я не ношу с собой документов.
Вы одеты в форму,
но вы не на фронте, у вас есть документы, разрешающие вам это?
По правде говоря, есть.
Они поставили мне диагноз - "неврастеник".
Что означает "психическая травма, полученная во время боя".
Что означает, что я невменяем, и вот бумага, это потверждающая.
Вы что, никогда не слышали о патриотизме?
У вас есть среди родственников кто-нибудь, работающий медсестрой?
И вы живете на Стюарт авеню?
Возможно.
Хорошо, до тех пор, пока я сижу за этим столом,
ты ни на какую войну не пойдешь.
Следующий.
Имя?
Как себя чувствуешь, герой войны?
У тебя только одна рука.
Печально, правда?
Как насчет того, чтобы напиться?
Майки, Майки, Майки!
Да забудь ты про эту сестру,
здесь сотни женщин, готовых ради тебя задрать свои юбки, и ты знаешь почему?
Потому что ты платишь им деньги?
Нет, потому что я даю им понять, что они разговаривают с настоящим героем войны!
А когда ты успел стать героем войны?
Когда потерял свою руку.
Ты потерял свою руку на лесопилке.
Об этом дамы не знают, и это то, что мне и нравится в этой войне!
О, я получил открытку от Хайвея.
Похоже, этот краснокожий снова быстро встал на ноги и теперь красуется в Лондоне.
Вот из-за этого я и здесь.
Привет, Джонни.
Майкл Данн!
Боже, как приятно видеть тебя целым и невредимым!
Ну, более или менее.
За счет заведения, мой друг.
Что будешь пить?
Я буду пить то, что у вас там есть под прилавком.
Я скоро вернусь.
Давай, Ройстер.
За Данна.
Так-так-так...
Вы оба так...
до невозможности высокопарны!
Этот человек, который только что ушел,
этот человек не разрешил мне идти на войну!
А почему?
Он был там?
Он накалывал фрицев на штыки?
Джонни, что этот парень здесь делает?
Тебе пора домой, сынок.
Я чувствую запах фрица?
Ты назвал меня фрицем, мальчик?
Ты назвал меня мальчиком, фриц?
Я всего лишь человек с одной рукой, чего ты пытаешься добиться здесь, парень?
Мистер,
я просто пытаюсь спасти свою душу.
Отпусти его, Рой.
Ты что, псих?
Он мог тебя убить, ты понимаешь это?
Ты пойдешь со мной.
Спасибо, что подвезли его домой.
Не стоит благодарить меня, это...
Это хороший предлог снова вас увидеть.
Ну все равно, спасибо вам.
Хорошо.
Послушайте...
Как вы думаете, могу я пригласить вас потанцевать, ну или...
Я не танцую с солдатами.
Я мог бы снять форму.
Я не танцую с голыми солдатами.
Я пытаюсь флиртовать.
И я только усложняю вам задачу, правда?
Нет.
А что, если я спрошу разрешения у вашего отца?
Это будет трудно сделать.
Ему не нравятся ухажеры дочери?
Нет, мой отец погиб, сержант.
Он был убит при Вими Ридж.
О боже.
Мне жаль.
Мне правда очень жаль.
Спокойной ночи.
О господи, какая гадость.
Слишком много рома, я думаю.
Да, но он разбавлен водой.
Обычные люди этого не знают.
Это просто представление.
Это меня устраивает.
Боже,
это звучит хорошо.
Это как...
Как находиться на вершине мира...
Черт возьми, знаешь, до чего эти фрицы додумались?
Они распяли одного из наших парней, ради всего святого!
Нет, такого никогда не было.
А все же?
Нет, это хорошая байка, но на самом деле такого не было.
А все же?
Знаешь.
Я понял.
Большинству людей
наплевать на войну.
Но я...
Каждый день я прихожу в 5 утра, покупаю газету,
которую только что напечатали.
И каждый шаг, что вы делаете на войне, вы с Хайвеем...
Я как будто нахожусь прямо там, с вами.
И это не просто пьяные бредни, но я...
Ты что?
Ладно, Майки, но я...
Ладно, ты что?
Я горжусь.
Я горжусь тобой.
И вот что я тебе еще скажу.
Если бы у меня не было этого обрубка, я бы был прямо там, между тобой и Хайвеем во время битвы,
и встал бы между огнем и вами.
Я бы так и сделал.
Я знаю, что вы не танцуете с солдатами,
но может, вы прокатитесь с одним из них?
Это вы вырезали?
Нет,
нет, это все виски.
Я работал на приисках у Скалистых гор,
а золото закончилось примерно к тому времени, как началась война.
Я решил, что запишусь в армию
и меня там убьют.
Могу я вас кое о чем спросить, сержант?
Я подумал... может быть, вы станете... станете называть меня Майклом?
Вы были на Вими Ридж?
Да, я участвовал в этой битве.
Как это было?
Было холодно.
Но мы взяли этот горный гребень и удерживали его, никто больше этого не сделал.
Британцы не смогли это сделать, французы не смогли, были только мы – канадский корпус.
Вы должны гордиться своим отцом.
Я горжусь.
И это необычное явление.
Что?
Это чувство.
Можете кое-что для меня сделать?
Я что угодно для вас сделаю.
Расскажите мне об этом.
Нарисуйте эту картину.
Я не художник.
Необязательно рисовать на самом деле.
Хорошо...
На этой картине река...
...и лошадь.
И на лошади сидит мужчина.
И они вместе пересекают реку.
И все это – у предгорья.
И мужчина едет к месту, которое, как он думал, он знает как свои пять пальцев.
Но в этот день там есть что-то особенное.
Что же?
С ним женщина.
Эта женщина напугана?
Вы должны спросить у нее.
А что он?
Ну...
В том-то и дело...
У него нет слов, чтобы описать...
что он чувствует.
И весь день он ищет эти слова и, наконец, он сидит рядом с этой женщиной
и смотрит на реку, и едва может сказать...
...Вы должны остановиться!
За мгновение
я могла бы влюбиться так сильно.
Но я, я не...
Что-то сломано
во мне.
Сломано.
Вы поймете, что было глупо с вашей стороны влюбиться в меня.
Тогда я начну на вас обижаться и в конце концов возненавижу.
Я должна идти.
Я... Но мне...
Мне бы этого не хотелось.
Я знаю.
Я...
Я здесь еще посижу немного.
Возьмите эту лошадь.
Солдаты на поле битвы сегодня окружены множеством опасностей.
Особенную опасность представляет артиллерия.
Повреждение тканей возникает из-за фрагментов осколков, неровных по форме.
Раны от них тоже получаются неровными, в лучшем случае – непредсказуемыми.
В мягких частях раны выглядят как глубокие и широкие углубления
и отличаются сильным кровотечением или потерей плазмы крови.
Осколки заносят в раны инородные частицы, делая заражение неизбежным.
«...заносят в раны инородные частицы, делая заражение неизбежным».
Это твой отец написал?
Боже!
Страшненько, а?
Ты напугана?
Нет. А ты?
Нет.
Не хочешь занести инородные частицы в меня?
Зачем нам ждать?
Раны при контузиях обычно представляют собой огромные разрушения,
большие повреждения образуют что-то вроде слепого мешка.
Это раны с разорванными поверхностями и выступающими мышцами.
Их трудно оперировать
и они угрожают серьезными осложнениями, такими как гангрена и тиф.
Обобщая сказанное,
артиллерийские осколки разбивают,
расчленяют,
обезглавливают,
разрезают пополам, четвертуют или разрывают человеческое тело другими отвратительными способами.
В худших случаях
взрыв уничтожает человека.
Солдат просто изчезает.
Спасибо.
Сержант, вы хотите что-то добавить на эту тему?
Нет.
Нет, в общем-то, все уже сказано.
Значит, вы согласны с тем, что артиллерия представляет наибольшее испытание для солдата на поле битвы?
Сержант, вы согласны?
Нет, сэр, прошу прощения, не согласен.
Наибольшее испытание для солдата на поле битвы
представляет попытка сохранять спички сухими.
Сохранять спички сухими!
Одним своим наглым комментарием вы превратили лекцию доктора Уолкера в фарс!
Я не собирался...
Разве я давал вам разрешение говорить?!
Нет, сэр, не давали.
Это чертежи вашей машины?
Да.
Вам поставили диагноз, не так ли?
Да, сэр, неврастения.
Мы оба знаем, что это значит.
Ваши чертежные способности впечатляют.
Вы держите его вверх ногами.
В самом деле!
Я не говорю, что вы трус, сержант,
я просто говорю, что наблюдаю за вами очень внимательно,
и то, что я вижу, меня настораживает.
К вашему сведению, я не включил сюда определенные технические секреты,
которы могут быть открыты только после выплаты миллиона долларов.
Милое круглое число.
И для чего именно служит это ваше изобретение?
Для завершения войны в течение сорока восьми часов.
Прекрасно!
И как именно это будет достигнуто?
На этой машине
человек может объехать земной шар
точно за пятнадцать минут!
Великолепно!
Мы будем на связи.
Спасибо!
Спасибо вам!
Нет, спасибо вам!
Большое вам спасибо!
Нет, это вам спасибо!
Земля, на которой мы стоим, пошатнулась.
Цивилизация висит на волоске,
поэтому я хочу вас предупредить –
не бороздите чужое поле.
Простите, но я не понимаю, как это связано с сухими спичками.
Бога ради! Мы тут говорим о безопасности нации,
это означает, что мы говорим о даме по имени Сара Манн.
С которой вы, как меня надежно проинформировали, танцевали.
Еще точнее, мы говорим о ее отце.
Ее отец был солдатом.
Он сражался на том же горном хребте, что и я.
Единственное отличие, о котором мне известно, заключается в том, что его убили,
а меня нет.
Единственное отличие, о котором вам известно!
Кармайкл!
Мартин Манн родился в Ингольштадте, Бавария.
Он вернулся на родину в 1915 году
и был записан во второй резервный баварский полк.
Он сражался на стороне врага.
Эта кровь испорчена, сержант.
Оттава приказывает уничтожить этих немчишек в овечьих шкурах,
и мы их уничтожим!
Как свиней!
Сожалею, но наш приказ не обсуждается.
Ни о чем вы не сожалеете!
Я не ожидаю, что женщина это поймет.
Но наша страна наполнена саботажниками.
Бога ради, с каких пор уход за ранеными содатами стал угрозой государству?
И если я так опасна, почему вы меня не запрете?
В настоящий момент такая возможность не рассматривается.
Послушайте его, послушайте, как звучит его голос!
Как долго он живет в этой стране?
Мое время прибывания здесь вряд ли поддается сомнению.
Я жила здесь всю свою жизнь, я – канадка!
Технически – да.
Но вот интересная разница –
в то время, как я родился под солнцем Британской Империи,
вы, мисс Манн,
родились под тучами Германии.
Мы могли бы переехать.
Начать все сначала.
Попробовать найти другую работу.
Какую?
Не знаю... Может быть, уборка.
Уборка?
Это наш дом!
Это наши соседи!
Ты не можешь ненавидеть покойника, Дэвид.
И это говорит моя сестра.
Перестань, это звучит смешно.
Я не ненавижу нашего отца.
Он заставляет меня стыдиться.
В этом разница.
Если бы я мог его убить, то убил бы.
Нам остается быть отбросами.
Я не буду просто так здесь сидеть!
Куда ты собрался?
Это неважно!
Cара!
Я здесь.
Где ваш брат?
Не знаю...
Может, пошел к Кэсси
или на могилу матери.
Он так довольно часто делает.
Ладно, я возьму эту лошадь и найду его,
не думаю, что вам стоит здесь оставаться.
Я хочу, чтобы вы пошли ко мне.
Почему вы это делаете?
Потому что я ражался на том же горном хребте, что и ваш отец.
Может, это я его убил. Знаю, что, скорее всего, это не так,
но это могло случиться.
Через эту дверь.
Стивен авеню 213.
Я вас там найду.
Спасибо...
Не возражаешь, если мы с тобой словечком перекинемся?
Мой нос...
Шмидт!
Мертвый немец!
Лутц!
Мертвый немец!
Мамочка,
я люблю тебя! (нем.)
Ну хватит уже!
Ладно, парень, не заставляй меня за тобой гоняться!
Черт возьми!
Черт!
Да что с тобой такое, черт побери?
Почему ты меня просто не убил?
Я не хочу тебя убивать, я просто хочу с тобой поговорить!
Ты не записал меня!
Боже, ты что, так уж хочешь идти на эту войну?
А чего, ты думаешь, я хочу?!
Боже, посмотри вокруг!
Все, что видишь, все, что ты можешь предствавить –
вся чертова вселенная – это война!
И если бы она прекратилась...
Да это был бы конец истории!
Я не знаю, о чем ты говоришь.
Все что я знаю - что ты должен провести где-то черту.
Я провожу черту под своим отцом.
Думаешь, это так просто?
А ты – нет?
Нет.
Нет, не думаю.
Линии довольно хитры.
И их чертовски много.
Линия фронта, линия окопов, линия за пределами фронта...
Линии, о которых ты даже не знаешь, пока их не пересечешь...
А пересечешь – и зря.
Понимаешь?
Ты не подходишь для этой войны,
Оставайся здесь, внутри тебя человек...
Что же я, черт возьми, делаю...
Иисус не умирал для нас, он, кажется, просто покинул храм, и все.
Я тебя не понимаю...
Следуй по моему пути и никогда не поймешь.
Ты ищешь романтики, парень, но ты не найдешь ее в окопах.
Вставай, надо найти эту лошадь.
Сержант!
Привет.
Я нашел вашего брата,
он остался у моего друга.
Я живу здесь, за углом.
Вы можете лечь на кровати,
на ней еще никто не спал.
Все это, возможно, будет непросто.
Вы видели морфий.
Когда мне было двадцать три, я ограбил банк в Форт-Маклауде.
Я не делаю это каждый день.
Я не граблю банки каждый день.
Когда отец ушел,
у меня были проблемы со сном, а в госпитале были готовые дозы...
Я не могу это объяснить.
Вы не должны ничего объяснять.
Я делал все возможное, чтобы внести свою лепту, но...
Но потерпел поражение.
Я это понимаю.
И я хочу похвалить тебя, сынок,
похвалить твою самоотверженность.
Кажется, моя дочь и в самом деле выбрала себе достойного молодого человека.
Покажи это письмо офицеру в приемной комиссии, и дорога тебе будет открыта.
И с этим я даю свое благословение на ваш союз.
О, папочка!
Я словно заставила отца разделиться на две части в этой войне.
Это сделало нашу жизнь
невозможной...
Затем я заставила его сделать выбор -
– они или мы.
Я не думала на самом деле, что он уйдет.
Я послала его на смерть.
И это, кажется, убивает моего брата...
Все это...
ради чего?
Я убил одного парня.
Я убивал многих людей, но я убил одного парня...
У него были голубые глаза...
Голубые как вода.
И мне не нужно было его убивать, я не был напуган или...
Я его просто убил.
И мне придется за это ответить –
так или иначе.
Мои поздравления, сынок!
Ты показал себя настоящим патриотом!
Простите, сэр, но я не могу представить, чтобы сержант Данн отверг кандидата без причины.
И в этом документе указана такая причина как астма.
У тебя есть астма, сынок?
Только не у меня, сэр!
Ну вот – подходит лучше некуда!
Но сэр...
Замолчите, Кармайкл!
Во время ваших столкновений с сержантом Данном
он ни разу не выказал признаков нездоровья, не так ли?
И тем не менее, он не на поле битвы.
Отчего бы это, по вашему мнению?
Он сказал, что у него неврастения.
Военные - это странное и прекрасное существо.
«Неврастения» - это наш способ сказать, что сержант Данн -
– трус.
Раньше я думала,
что всегда нужно чем-то жертвовать.
Почему - не знаю...
А теперь у меня есть ты.
Если я попрошу, ты меня поцелуешь?
Попроси.
Есть только одно правило –
не умирай.
Что ты делаешь?
Я ухожу.
Куда?
А ты думаешь, куда?
Боже, Дэвид... Пожалуйста, не надо.
Нет, нет, я не позволю...
Ты еще мальчик!
Я не мальчик!
У тебя астма!
Я не калека!
Я не могу тебя отпустить!
Дэвид, пожалуйста, поговори с сержантом Данном,
он отговорит тебя уезжать!
О, правда?
Да, он все им объяснит, и тебя отпустят!
А с чего ты взяла, что его станут слушать?
Думаешь, он какой-нибудь герой?
У него нет руки?
Ноги?
Он слепой?
Почему он здесь?
Я не... я не знаю!
У него неврастения!
Это значит не то, что он не может служить в армии,
а то, что он – трус!
Трус? Нет, он не трус!
Не трус?!
А кто, ты думаешь, меня записал?
Это из-за него я иду на войну.
Господа,
я имею честь принимать вас у себя дома, наблюдая за этим торжественным
и многообещающим мироприятием.
Я предоставляю слово вам, майор.
Господа,
восточный поезд везет наших юношей по долгой дороге к славе.
Да пребудет с ними Господь!
За мальчиков!
За мужчин!
Это так ты набираешь армию?
Ты обыскиваешь низы, выбирая самых молодых, больных и слабых, и посылаешь их?!
Мой брат всего лишь мальчик, он нездоров, он слаб!
Зачем он тебе понадобился?!
Тебе нечего сказать?
Совсем нечего?
Это не неожиданный вопрос, сержант.
Я не задаю неожиданных вопросов.
Я стою здесь и сейчас, и спрашиваю тебя -
кто там присмотрит за моим братом?!
Знаете, вы можете взять что угодно –
артиллерию, газ, проволоку, дождь, крыс...
чертовы штыки...
Ничего из этого
вы не контролируете.
А спички вы можете контролировать,
вы можете как-то на них влиять.
А когда вы находитесь посреди боя
и думаете, что затяжка может привести вас в чувство, и тянетесь за спичками...
а они мокрые –
весь ваш мир рушится.
Кажется, что он разваливается на части.
И это не фарс.
Это не фарс...
Мне нужно, чтобы вы это подписали.
Маккрей?!
Это девичья фамилия моей матери.
Я возвращаюсь.
Вы запишите меня в зону боевых действий.
Ты собираешься защищать этого мальчишку.
Ты и в самом деле неврастеник, а?
Мы с вами из одного теста – вы и я.
Ты знаешь, что я буду тебя преследовать.
Буду ждать.
Мисс Манн?
Войдите!
О, привет, Кэсси!
Как они могли это сделать?
Не знаю...
Почему вы складываете вещи?
Я не могу найти работу, поэтому не могу себе позволить жить здесь.
Я могла бы поговорить со своим отцом.
Мы ведь почти одна семья.
С чего это вы взяли?
Вы не получали вестей от Дэвида?
Нет...
Я тоже, и это...
странно, учитывая, что мы помолвлены.
Вы помолвлены?
Ну, это же как раз та причина, почему он ушел на войну.
У папы свои убеждения,
и Дэвиду нужно было себя показать.
Для этого Данн его записал?
Вы имеете в виду этого сержанта?
Боже, нет, он здесь вобще ни при чем.
Я не понимаю...
Он ни за что не хотел записывать Дэвида,
мне пришлось попросить отца уладить дела с медицинской справкой...
Значит, это был не сержант Данн?
Нет...
Это другой его записал...
Тот британец.
О боже мой...
Простите, я не...
Что вы наделали...
Что вы имеете в виду?
Ваш отец не хочет, чтобы Дэвид вернулся домой,
он хочет, чтобы Дэвид остался там навсегда под белым крестом на могиле!
Что вы такое говорите?..
Дорогая Сара,
я не уверен, что ты получишь это,
и не знаю, умею ли хорошо рисовать такие картины,
но я пытаюсь.
На этой картине река
и лошадь,
и на этой лошади сидит мужчина,
и все это у предгорья.
И когда этот мужчина закрывает глаза,
он видит женщину,
которая осыпает его поцелуями.
И этот мужчина знает, что короли могут гибнуть,
и страна может рушиться,
но если люди приглядятся внимательнее,
они смогут, так как и я, Сара,
они смогут найти во что верить.
Сейчас мне нужно уйти,
но перед тем, как я уйду,
запомни правило –
не умирай.
Три месяца спустя
Хорошо, перекличка!
Что в мешке, лейтенант?
Сейчас узнаете, перекличка!
Хайвей!
Кеил.
Годин.
Уитчел!
Хорн!
Майлз!
Джонсон.
Манн.
Маккрей.
Пожалуйста!
Маленький дар от жителей.
Для последнего ужина.
Соберитесь, господа,
займитесь этой курицей.
Мне надо зайти в штаб.
Неплохой приемчик!
Тренировался?
Только дома.
Хочешь я тебе помогу?
В последний, черт возьми, раз говорю - мне не нужна твоя помощь!
Эй, военная полиция!
И старшина роты с ним.
Стройся!
Маккрей!
Рядовой Маккрей, сэр.
Когда я встречал вас в последний раз, вас звали Майкл Данн.
22 апреля они застряли в лесу,
820 человек ушли, 174 вернулись...
Лейтенант Хэндсон, второе поле, артиллерия, мне нужен ответ.
Мы остаемся не у дел, майор Бингем.
Данн с пулей в бедре
добрался во время боя до соседнего корпуса, чтобы раздобыть нам подкрепление.
Должно быть, получил медаль как отличившийся в бою.
Неприемлемо, мне нужен ответ в течение часа.
Мистер Уочмэн!
Сэр?
Не желаете ли переговорить с лейтенантом Максвеллом?
Снаружи, если можно.
Есть, сэр!
Майор, вы не хотите выйти?
Оказывается, что вы подделали некоторые документы,
- в агрессивной форме, судя по словам находящегося здесь майора Добсона-Хьюза.
Он требует, чтобы вы заплатили за это головой,
так что же мне делать?
Вы должны предать его трибуналу!
Вас никто не спрашивал, майор.
Что мне с вами делать, Данн?
Полагаю, что он прав, сэр.
Хорошо, тогда я так и сделаю.
Но.
Я не собираюсь сдавать вас военной полиции.
Я назначу вас командующим отряда,
и вам придется придержать свой язык, майор!
Максвелл вернется в генеральный штаб вместе с нами,
и, Данн, вы возьмете отряд номер два.
Вечеринка под названием Пашендаль началась три месяца назад,
с тех пор все время льет дождь,
и поле боя напоминает котел с рагу,
поэтому там все заглохло,
так что задача прорыва ложится на единственную группу,
которая еще что-то может с этим поделать, и это мы –
канадский корпус.
Знаете, у них для нас есть имя,
у врагов...
Они называют нас "Штормовой десант".
Майор Бингем?
У атаки два выпада.
Справа солдаты второй дивизии
очистят деревню Пашендаль.
Слева «Черные дьяволята» и седьмой батальон с нашей поддержкой
атакуют Митчелроуд через Мосселмарк.
Это место атаки,
это наша линия поддержки,
а это штаб батальона.
У нас три объекта наступления –
Венчфарм,
Защитный перекресток
и холм 52 –
здесь мы остановимся
и окопаемся.
Это ваши приказы для боя.
У вас есть какие-нибудь вопросы?
Нет, сэр.
А у меня есть один.
Вы получили справку, освобождаюшую вас от службы,
почему вы вернулись?
Из-за любви, сэр.
Это дрянная причина...
Удачи, Данн.
Со всем уважением, сэр, я считаю необходимостью подать официальную жалобу!
У нас нет времени сводить личные счеты, майор!
Если вы не заметили, мы загнали Ипр в ад, и Кюьрри предполагает, что будет шестнадцать тысяч потерь.
Генерал всегда прав, поэтому мне нужны солдаты.
Не уверен, что смогу использовать вас,
но я буду держать вас поблизости,
это может увеличить ваши шансы.
Я уступаю перед вашим авторитетным мнением, сэр.
Не уверен, что мне сказать людям.
Знаете, сэр, я этого не просил.
Я знаю.
Хотя странно, ты прошел весь этот путь...
Огонька не найдется?
Мне нужен доктор!
Нам всем нужен доктор.
Сюда,
положи его сюда, солдат.
Боже мой...
Нам надо снять с него куртку.
Что ты здесь делаешь?
Это все, что я умею делать.
Куда бы еще я могла пойти?
Куда угодно, но не сюда, Сара, господи.
Я записалась добровольцем из Рейджаны.
Как?
Там обо мне не слышали.
А как ты оказалась здесь?
Мне понадобился месяц, чтобы догнать тебя.
Все хорошо,
все будет хорошо.
Как Дэвид?
С ним все в порядке, он со мной, мы стараемся не высовываться.
Боже.
Тебе надо будет отпроситься.
Моя смена скоро закончится.
Хорошо,
Пиккадили Кингс-Кросс,
я встречу тебя там.
Пропустите меня, солдат.
Ты волнуешься?
Да.
Не стоит.
Мы только рота поддержки, мы даже не видим самих боев.
А что с Дэвидом?
Я мог бы тебя к нему привести, но там небезопасно находиться.
Но я тебе обещаю -
я привезу твоего брата домой.
Как я могла заставить тебя вернуться?
Ты не виновата, Сара.
Я собирался вернуться на фронт так или иначе.
Мне надо идти.
Передай это Дэвиду.
Ты же помнишь правило?
Ты увидишь меня снова.
Ну, вот здесь.
Что здесь?
Здесь наш окоп.
Где?
Прямо здесь.
Расходитесь! Двое в одну воронку, вперед!
Черт...
У тебя есть спички?
Я их все тебе отдал.
Что?
Я их все тебе отдал!
Да, но разве у тебя нет запасных?
А, так ты имеешь в виду запасные спички?
Ну да!
Хорошо.
Вот.
Э... Хотя они тоже мокрые.
Я просто не понимаю. Как ты это все переносишь, если ты раньше этого не знал.
Мне не нужно этого знать.
Я краснокожий.
Краснокожие и так это знают.
Да пошел ты! Ни черта ты не знаешь!
Черт возьми!
Черт!
Это безумие!
Да.
Это как раз то, для чего ты вступил в армию.
Нет,
не так!
Я вступил в армию, чтобы убивать немцев!
Нет, ты вступил в армию, чтобы убить своего отца.
Эй, я это ношу
еще с Калгари,
твоя сестра просила тебе передать.
Да что со мной?..
Я ей даже не написал!
Собственной сестре!
Что, если что-то случится со мной,
что тогда?
Если ты ждал тут праздника,
то ты не туда пришел.
Как ты можешь такое говорить?!
Да ладно, Дэвид, оглянись, ты видишь поэтов в этом дерьме?
Мы тут на бойне, и никто здесь не знает, зачем.
Нет...
Нет, тебя бы здесь не было, если бы ты так думал!
Я здесь только ради твоей сестры...
Послушай меня.
Леса горят,
потому что должны.
Океаны
опускаются и поднимаются, потому что должны -
не думаю, что мы сильно отличаемся.
Если ты хочешь пройти через это,
то ты должен видеть смысл в том, что мы тут делаем,
потому что это нам удается.
А нам это удается, потому что мы к этому привыкли.
А мы к этому привыкли,
потому что мы это все время делаем.
Тебе лучше держаться за что-то.
Скоро вступит артиллерия.
Все сверили часы?
Начинаем наступление.
Сейчас.
Огонь!
Орудия на 800!
Огонь!
Отчет с наблюдательного поста:
семьдесят "Дьяволов" на нейтральной территории, сэр,
пятьдесят ярдов, незначительное сопротивление.
Полковник Флайн докладывает, сэр...
Дайте мне дивизионный штаб.
Я хочу знать, получили ли они известия от...
Будем надеяться, что линии не повреждены!
Свет!
Кто-нибудь, дайте свет!
У нас большая проблема.
Нет спичек?
Ага.
Ну как там?
Мы будем наступать?
Не знаю,
еще слишком рано говорить.
Пригни голову, парень.
Аптечку!
Мистер Уочмэн?
Пожарная бригада!
Секунду, сэр...
Добсон-Хьюз,
Уочмэн ранен, доложить обстановку!
Доложить обстановку!
Ну же, ну же, давай...
Все в порядке, в порядке.
Ты в порядке!
Объекты укреплены.
Оба фланга ведут огонь на двести ярдов,
Венчфарм и Защитный перекресток пали.
Пока все хорошо.
Пока все хорошо,
пока все хорошо, да?
Мы вас отсюда скоро вытащим.
Ты в порядке.
В порядке.
Все нормально?
Да.
Хорошо.
Ракета просигналила SOS.
Левый фланг "Дьяволов" подвергся контратаке.
Дайте мне восьмой батальон!
Линии отказали, сэр!
Что-то не так...
Что?
Вторая ракета просигналила.
По левому флагу восемь.
Третий сигнал SOS, левый фланг восемь.
Восьмой отряд терпит поражение, сэр.
Ваша компания готова?
Да, сэр!
Идите, майор.
Задайте им жару!
Сюда направляются немцы.
Черт!
Ладно, ребята!
Мы наступаем!
Проверьте экипировку!
Тебе не надо это.
И это.
И эта шинель тебе тоже не нужна.
Куда ты идешь?!
Не оставляйте меня!
Пожалуйста, только не оставляйте меня!
Все хорошо,
я здесь.
"Дьяволов" прижимают, сэр, оборона прорвана.
Перезаряжай!
Черт возьми!
Где, мать твою, подкрепление?!
Если утонешь в этой грязи, запишут, что ты ушел в самовольную отлучку!
Будь добр, заткнись.
Эй, это ястреб?
Нет, это пустельга.
Что за пустельга, черт возьми?
Это ястреб.
Нам нужно подкрепление!
Оно уже на подходе!
Где подкрепление?
Здесь!
Подкрепление прибыло!
Где командир отряда?
Погиб.
Все погибли,
после артиллерийских ударов.
А ты куда, черт возьми, собрался?
Из меня тут уже три часа дерьмо выбивают, сэр!
Ты не можешь уйти без разрешения!
Простите!
Эй-эй-эй, ты чего?
Ты не можешь нас бросить!
Вас 800, а мы всего лишь отряд, 60 человек.
Вам придется пристрелить меня, чтобы я остался!
Ну и проваливай!
Куда вы уходите?
Какого черта происходит?
Не уходите!
Вернитесь!
В штаб.
"Черные дьяволята" сбегают,
ситуация критическая,
потери критические.
Немцы начали перегруппировку!
Я вижу их.
Они готовятся к контратаке.
У нас слишком мало парней...
...для...
Ладно, что есть, то есть!
Двое в одну воронку!
Хорн, Майлз справа от меня!
Льюис пулеметчик, будешь на фланге!
Пошли.
Вперед!
Опускай, опускай.
Ничего не слышно об отряде?
Все еще ничего, сэр.
Британская третья бригада застряла, стрелки терпят поражение.
Ну и черт с ними!
"Черные дьяволы" пустились в бегство,
наш фланг будет открыт, сэр.
И вся чертова линия прорвется.
Следуйте за мной.
Я хочу поговорить с "Дьяволами".
Есть, сэр.
Вражеский указатель цели!
Не стрелять!
Второй указатель!
Спасибо.
Сейчас начнется.
Артиллерия!
Что ты делаешь?
Мое ружье заело!
Хорн!
Боже...
Приготовиться!
Не стрелять!
Они не могут меня убить!
Там их, черт возьми, много!
Не стрелять!
Они близко, сержант!
Приготовиться!
Сейчас вы получите!
Приготовиться!
Чтоб вас, чертовы уроды!
Давайте, давайте...
Огонь!
Вы, вашу мать, за это ответите!
Эй, перезаряжай!
Давай, давай, давай!
Я прислал вам отряд поддержки - 60 человек!
А вы сбежали всем чертовым батальоном???
Господи Иисусе...
Сэр!
60 человек - это невозможно!
Оборона будет прорвана,
и тогда немцы придут сюда!
Нам нужно уходить!
Мы не сдвинемся ни на чертов дюйм!
Мы не утонем,
мы не потеряем позицию,
и мы не оставим ни одного солдата!
Но полковник,
если враг прорвется, мы будем в опасности!
Лейтенант Хэнсон, теперь вы будете докладывать обстановку.
Пойдемте.
Поехали!
Давай!
В атаку! (нем.)
Черт возьми, весь батальон!
Когда вы хотите, чтобы они туда пришли, сэр?
Сейчас!
Все до последнего!
Веди их туда!
Немедленно!
Полковник Ормонд...
Все внимание,
солдаты там просто кучами валятся,
немедленно задействовать весь персонал,
скажите остальным на сортировке!
Стреляй!
Черт возьми!
Стреляй
этой чертовой
винтовкой!
Перестроиться!
Удерживать линию!
Они разворачиваются!
Уходят с линии.
Да, но они вернутся.
Перезаряди.
Перезарядить ружья!
Перекличка! Майлз!
Убит!
Кэхил!
Убит!
Хорн!
Еще как убит...
Манн!
Дэвид Манн!
Дэвид Манн!!!
Нет! Нет! (нем.)
Немец? (нем.)
Не немец... нет, нет... немец! (нем.)
Артиллерия! (нем.)
Боже, что здесь случилось? (нем.)
Господи...
Что ты делаешь, Майкл?
Прикрывающий огонь!
Прекратить огонь! (нем.)
Как тихо...
Давай...
Давай, давай...
Укладывайте его, укладывайте!
Ты в порядке,
ты справился.
Ты в порядке.
Построиться!
Дай мне морфий!
До сих пор нет чертова подкрепления!
Сержант, вот,
вам нужна вода.
У кого-нибудь есть патроны?
У меня закончились!
Снова началось!
Нам нужно подкрепление!
Это батальон! Они здесь!
Пришло подкрепление! Держитесь, здесь целый батальон!
Соорудите носилки для этих людей!
Батальон на линии, сэр, линия держится.
Объекты в безопасности.
Восьмой пост сообщает, что раненых еще много,
подготовим для них место.
Кстати, мы взяли Пашендаль.
Сестра, там нужна ваша помощь!
Он в порядке.
Дэвид в порядке.
Взгляни на себя...
Да...
Взгляни на меня...
Надо ж было так истрепаться...
Думаю, что ты хочешь забыть правило...
Нет...
Нет, я просто пытаюсь закончить...
...картину, но не думаю, что у меня хорошо получается рисовать такте картины...
Может...
Может, этот мужчина ей просто напишет?
И он напишет?
Да, Сара, напишет...
Он сядет за маленький столик...
И напишет...
На картине река...
...и лошадь...
И на лошади сидит мужчина...
И вместе они пересекают реку...
И все это у предгорья...
Кажется, ты хочешь забыть правило...
Нет...
Нет, я собираюсь перейти реку...
Майкл, нет!..
Потому что я люблю тебя...
...тебя...
Майкл...
26 октября 1917 года канадский корпус принял участие в битве за Пашендаль.
В течении недели они завоевали разрушенную деревню ценой пяти тысяч жизней.
Вся кампания длилась четыре месяца и стоила 600,000 погибших обеим сторонам.
Следующей весной вражеское наступление отвоевало с трудом завоеванную землю менее чем за неделю...
После того, как стихнут залпы,
После того, как твои раны заживут,
После того, как все кресты расставят на этом поле,
И после того, как корабль
Будет долго плыть по морю,
И после того, как поезд привезет тебя -
Я буду любить тебя
После войны,
Любить всегда,
Дольше, чем вечность,
Я буду любить тебя
После войны,
Дольше, чем вечность.
После того, как высохнут твои сапоги,
И закончится табак,
И после всех этих открыток
В твоих руках,
После того, как я вспомню
Все слова, что не смогла сказать,
И после того, как растает эта долгая ночь -
Я буду любить тебя
После войны,
Любить всегда,
Дольше, чем вечность,
Я буду любить тебя
После войны,
Дольше, чем вечность.
После того как черная птица
Поднимется с твоей груди,
И после дого, как твоя душа
Обретет покой,
Любимый, я тебя прощаю,
Ты не хотел умирать,
Любимый, я закрою тебе глаза...